Привет, это Артём Смирнов. Я рассказывал вам про службу в РВСН, про водительские права и про дачные подвиги. Но в моей трудовой биографии есть страница, о которой знают очень немногие. Год между делом, 2022-2023год. Я не управлял поездами. Я возвращал им лицо. Я был тем самым человеком, который ночью, когда город засыпает, заходит в синие капли на сером асфальте депо и заставляет вагоны блестеть к утреннему часу-пик.
Ворота депо «Замоскворецкое» (или любого другого — технология везде одна). Проходная. Непривычная тишина. Нет толчеи пассажиров, только гул где-то в глубине и эхо шагов. Получаешь задание: тебе «достаётся» состав из восьми вагонов. Он стоит на линии мойки, гигантская, уставшая синяя гусеница. От него пахнет теплом металла, машинным маслом и… людьми. Смешанным запахом дня: духами, кофе, печеньем, усталостью.
Первое — не мытьё. Первое — очистка. Ты заходишь внутрь с мешком для мусора и впитываешь в себя итоги человеческого дня:
· Билетики, чеки, фантики.
· Окурки, закатившиеся под сиденье (да, такое бывает).
· Одна-единственная детская варежка на сиденье. Кукла. Прочитанная газета.
Это странное чувство — ты как археолог, раскапывающий слои чужой повседневности. Ты никогда не видел этих людей, но по мусору можешь восстановить картину их дня.
Включается линия. Вагоны медленно, по 5 см в секунду, начинают въезжать в моечную камеру. Снаружи — это гигантские щётки, похожие на щупальца, и водопады пены. Но самая важная работа — внутри. Ты идешь по вагону навстречу его движению с щёткой на длинной ручке и ведром. Ты моешь стены, потолок («потолок» — это святое, на нём все брызги), поручни, стекла.
Здесь рождается своя, особенная медитативность. Монотонные движения. Шум воды, заглушающий все мысли. Ритм: два шага, взмах, два шага, взмах. Ты остаешься наедине с этим металлическим существом, которое за день перевезло тысячи душ, а теперь позволяет тебе отмыть с себя их следы.
Потом начинается ювелирная работа. Салфеткой и специальной химией (все строго по САНПиНу!) оттираются сложные загрязнения:
· Отпечатки пальцев на всех ручках и кнопках.
· Разводы от голов на стеклах.
· Надписи шариковой ручкой (редко, но встречается).
· Пятна от пролитых напитков на сиденьях.
Каждая кабина машиниста (ты заходишь и туда) — это маленький личный космос. Чашка в подстаканнике, наклейка на панели, запись в журнале. Ты не имеешь права ничего трогать, только протереть пыль. Это зона уважения.
Состав вымыт. Он стоит под лампами депо, и его бока неестественно, стерильно блестят. Внутри пахнет нейтральной чистотой. Всё готово к утру. В этот момент приходит странное чувство собственности. Не гордости даже, а ответственности. Это твой состав. Ты сделал его чистым. Завтра утром люди сядут в него, и никто не подумает о тебе. Они просто сядут в чистый вагон. И в этом — вся суть работы.
Выходишь на улицу. Уже светает. По чувству времени — будто выпал из реальности. Город только просыпается, а твой рабочий день уже закончен. На ладонях — микротрещины от воды и химии, в ушах — звон от тишины, ставшей слишком громкой. Садишься в первую пустующую электричку, едешь против всех — домой, когда все едут на работу.
Это дало невероятное уважение к невидимым процессам. Метро — это не только машинисты и кассиры. Это десятки профессий, которые никогда не видят пассажиры. Сварщики, электромеханики, обходчики путей, составители поездов. И мойщики.
Это научило ценить тишину и ритм. И — да — смотреть на вагон в метро иначе. Видеть не просто салон, а поверхности. Стекло, которое кто-то отполировал. Пол, который кто-то отмыл от зимней соли. Поручень, на котором нет жирных разводов.
Это была тяжёлая, монотонная, но честная работа. Работа, результат которой исчезает к концу первого же рейса. И которую нужно будет делать снова. И снова.
Как чистый лист. Каждую ночь.
#НевидимыеПрофессии #Метрополитен #РаботаНочью #ОдинДеньИзЖизни #АртемСмирнов #ЧистотаИПорядок #ЗаКулисамиМетроD